Паразит в паразите – 12

Глава 12-я, в которой судья сомневается в выводах эфэсбэ о персоне подсудимого и предполагает корыстные мотивы спецслужбы, а ученый энтомолог узнает о других препаратах, разрабатываемых за рубежом

То, что приходилось узнавать из материалов уголовного дела или слышать в суде, было какой-то фантасмагорией. Опытная и повидавшая свое судья воспринимала происходящее, как попытку эфэсбэшников прикрыть свои темные делишки, осудив и упрятав за решетку безумного старика. Несмотря на то, что в деле были объективные материалы  экспертиз, судья знала, как несложно сфабриковать любое заключение, тем более, если в этом заинтересована эфэсбэ.

Самой жизнеспособной версией была обычная для силовиков история с целью прикрытия контрабанды препарата, чтобы взять канал под свой контроль, получить на закупку бюджетные средства и пилить, пилить их. Эфэсбэ не любит, когда кто-то обогащается без ее участия. Потому и приостановили ежемесячные инъекции по всей стране, чтобы потом запустить весь проект заново, но уже с другими денежными потоками. Судью не проведешь!

Вот и этот дурачок, подполковник нес какую-то околесицу про подсудимого, который теперь, якобы, разведчик-нелегал. Ясное дело! Хотят всех запутать! Ну, ничего! Главное, чтобы уголовное дело было быстрее завершено, чтобы эфэсбэшники могли довести свой подлый замысел до конца. Быстрее бы можно было получить очередную инъекцию препарата.

Накануне, когда судья добилась своего и склонила подполковника к сексу, она невольно обратила внимание на неприятные ощущения в грудях, когда тот мял их. Да и размер груди ясно стал меньше, а это нетрудно понять по размеру бюстгалтеров – впору оказались на размер меньше.

Одно только не давало покоя. Те самые пресловутые “макарошки” – неконтролируемые фразы, вылетающие в ответ на жалобы граждан. Это могло быть результатом усталости, и своеобразной модой, и даже психозом, но бред подсудимого о том, что в мозгу поселился паразит, вызывало чувство беспокойства, тревоги. А вдруг все так и есть?

Мотыльков трудился, не покладая рук. С рассветом он садился за руль своего “Москвича” и выезжал за ворота фермы, увозя на новое место жительства очередную партию бабочек Бибазис Инахус. Некоторая часть переселенных бабочек возвращалась, но срабатывал механизм миграции – стоит только бабочкам переместиться, перелететь какое-то расстояние, как они запоминают путь и начинают его считать новой миграционной трассой, а значит, вернувшиеся на ферму бабовки снова возвращались на свое новое поселение. Таким образом, к концу лета практически все бабочки переселились на новый луг, оставив ферму к искренней радости английского ученого, не знавшего о причинах произошедшего. Мотыльков же лишь улыбался.

Непростая в достижении цель была достигнута. Бабочка Бибазис Инахус получила новый виток динамики своей популяции, и возможно, численность их станет расти и сравнится со среднестатистической численностью видов бабочек на планете. Может быть, если коровы не будут поедать отложенные на листьях клевера яйца бабочек, лет через тысячу Бибазис Инахус избавится от паразитической составляющей в стратегии выживания, и их личинки не будут развиваться в коровьих телах.

Как важный побочный эффект, личинки бабочки не будут больше переноситься с препаратом на основе вытяжки из коровьего вымени и перестанут попадать в гипоталамус головного мозга российских чиновниц, которые регулярно делают инъекции препарата в свои молочные железы ради увеличения груди на один размер. По большому же счету, препарат нужно применять повсеместно, и не только для чиновниц, но и для всех женщин ради профилактики опухолей молочных желез. В этом Мотыльков признавал великую научную заслугу английского ученого Джона Смита.

Идиллическая картина достижений омрачалась мыслями о том, что у изрядной части чиновниц в гипоталамусе уже поселились личинки бабочки Бибазис Инахус, личинки чувствуют себя хорошо и продолжают оставаться живыми, несмотря на изначально короткий, всего двухнедельный срок существования личинки как стадии развития бабочки. Это значит, что странное, нетипичное поведение чиновниц, диктуемое личинками бабочки и вызывающее резко отрицательные реакции граждан, как в случае с “макарошками”, сохранится, может быть, на годы, а это плохо для страны.

Мотыльков решил продолжить свои исследования, действуя под прикрытием и руками английского ученого. На эту мысль Мотылькова надоумил сам англичанин. Дела на экспериментальной ферме пошли плохо. Русские почему-то перестали закупать вытяжку. Производить ее впрок уже было некуда – холодильники забиты под завязку. Коровы просто паслись на лугах и возвращались в коровники на ночь. Лишь изредка забивали корову, чтобы сделать контрольные замеры состава вытяжки. Англичанин бездельничал и стал попивать, благо и стол его, и выпивка были роскошными до гедонизма.

Однажды Мотыльков не устоял перед уговорами англичанина и согласился выпить с ним. Жалея ученого, Мотыльков следил за тем, чтобы тот не слишком напивался. Он не тянул за англичанина за язык, но тот, опьянев, разболтался, и то, что Мотыльков узнал, взволновало и расстроило.

Оказывается, английский ученый Джон Смит лишь один из многих, кто в обход строгости фармакологических инспекций разрабатывает препараты, испытывает их на населении бывших советских республик. Чуть более подробно англичанин знал о проекте американского коллеги, разработавшего вытяжку из бычьих яиц для профилактики и лечения простатита у мужчин. Пьянеющий все более англичанин, начал, было, рассказывать, что и к этой вытяжке проявили интерес российские заказчики, однако, Джон Смит уснул на полуслове, и ничего более Мотыльков не узнал.

Этим стоило бы заняться, сообщить, куда следует, но опыт мытарств Мотылькова не оставлял надежд на государственную власть. Так или иначе, но свой собственный путь ради высокой цели русский ученый-энтомолог решил пройти до конца. Спасение популяции бабочки Бибазис Инахус.

А ещё посмотрите на эту тему такие публикации:

Оставьте комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *