Паразит в паразите – 10

Глава 10-я, в которой судья начинает мстить прокурору, а эфэсбэшник становится орудием мести, ученый-энтомолог так и не может понять стратегию выживания бабочки, чьи личинки обитают в головах чиновниц

Судья завидовала своей подруге. Судейский статус требовал большей осторожности и осмотрительности. Прокурор не скрывала своих отношений с офицером эфэсбэ, а значит, могла позволить себе большую свободу в отношениях. Кокетливые перемигивания и другие невербальные знаки внимания между прокурором и эфэсбэшником, словно выставленные напоказ, вызывали раздражение судьи. 

Исключительно из желание насолить подруге, судья подумывала, как бы закадрить этого москвича, сделать любовником и отомстить прокурору. В конце концов, судебная власть сильнее надзорных органов, да и сильнее спецслужб. Решено! Судья пригласит подполковника для уточнения деталей оперативно-розыскных мероприятий в отношении подсудимого. Пригласит на вечер, а там…

– Подсудимый! С какого времени вы почувствовали, что попали в поле зрения органов эфэсбэ?, – при этих словах подполковник Скворцов выпрямился в спине и снова переглянулся с прокурором – о таких шагах они с судьей не договаривались. 

– Я не почувствовал, ваша честь, что попал в поле зрения!, – бесхитростно ответил на вопрос Мотыльков. – Я в этих делах совершенно не искушен, как какой-нибудь разведчик. 

Подполковник во все глаза рассматривал Мотылькова, который таким высказыванием прошел на грани правды о своей истинной сущности. Когда за Мотыльковым выставили наружное наблюдение, он легко и профессионально уходил от слежки, и “наружка” удивлялась мастерству объекта наблюдения, который применял устаревшие, канонические приемы маскировки, известные только ветеранам. Скворцов окончательно утвердился в мысли, что под судом находится бывший разведчик-нелегал.

Подполковник Скворцов набрал и отправил эсэмэску судье. Ее мобильный телефон пиликнул рингтоном из фильма “Бригада”. Судья прочитала, глянула в глаза офицеру и улыбнулась улыбкой Клеопатры. Прокурор перехватила взгляд подруги и обеспокоенно обернулась в сторону эфэсбэшника. Мотыльков и не предполагал, что в его уголовном деле намечается поворот. 

Обнаружив во множестве, кажется, пропавшую с карты планеты бабочку Бибазис Инахус на лугах закрытой экспериментальной фермы, Мотыльков нашел ответы на большую часть своих вопросов в этой поистине фантастической ситуации. Вот где яйца, отложенные бабочками на листьях клевера попадают в организмы коров, поедающих траву. Вот где яйца Бибазис Инахус попадают в вымя коров, а с вытяжкой из вымени попадают в молочные железы российских чиновниц, ежемесячно получающих инъекции в закрытых поликлиниках по всей стране. Вот откуда отправляется в путь личинка бабочки, чтобы пробраться в генетически предопределенный путь – гипоталамус человеческого мозга. 

Однако так и осталось непонятным ученому-энтомологу, почему пребывание личинки бабочки в гипоталамусе приводит к странному, неразумному поведению чиновниц? Казалось, своими высказываниями в духе “Ешьте дешевые макарошки!” чиновницы роют могилу своей карьере на государственной службе. Чего добивается этим популяция бабочки Бибазис Инахус? Ведь генеральной целью может быть лишь возрождение и увеличение популяции. Но как? Какова логика? 

На этот важный вопрос Мотыльков рассчитывал получить ответ на ферме, производящей лекарственный препарат из коровьего вымени. А что, если англичане намеренно делают так, что личинки бабочки оказываются в гипоталамусе российских чиновниц? Возможно ли человеку повлиять на поведение личинок, влияющих на поведение человека? А что, если английским ученым удалось повлиять на стратегию выживания популяции бабочки? Мотыльков проверил эту гипотезу и был одновременно и разочарован, и обрадован. 

Имея доступ в биохимическую лабораторию, Мотыльков без труда получил возможность исследовать вытяжку под микроскопом, и конечно, обнаружил в вытяжке яйца Бибазис Инахус. К выяснению отношения к этому английского ученого Мотыльков приступил осторожно. Как-то раз в конце рабочего дня он позвал англичанина прогуляться по территории фермы, и тот с удовольствием принял предложение помощника. Была пятница, англичанину хотелось поговорить, а русский был хорошим собеседником, умел слушать, а английский Мотылькова был достаточен для общения. 

В один из моментов беседы Мотыльков обратил внимание ученого на многочисленных бабочек. 

– Бабочки! Как красиво!, – этой реплики оказалось достаточно. 

– Да-да! Это моя головная боль!, – англичанин переключился на нужную тему. – Я скажу вам по секрету! В этом одна из причин того, что мы не можем открыто продвигать препарат из вытяжки на фармацевтическом рынке. Коровы едят траву, а в траве откладывают свои яйца эти самые злосчастные бабочки. Яйца время от времени обнаруживаются в вымени, а значит, и в вытяжке. Правда, иммунитет человека полностью убивает паразитов, когда они с вытяжкой попадают в молочные железы женщин. Мы тщательно проверили местных женщин, получающих инъекции вытяжки. Все чисто! Но фармакологические инспекции не пропустят такой препарат с посторонними биологическими объектами!

– А не проще ли избавиться от бабочек или опылять траву, уничтожая отложенные  бабочками яйца?

– Нет! Не проще! Принципиальным условием производства препарата является тотальная экологическая безупречность. Трава не должна быть генномодифицированной. Витамины и биодобавки к кормам должны быть натуральными. Никаких пестицидов и гербицидов! А бабочка? С бабочкой нужно что-то делать!

Мотыльков вспомнил, как провел подконтрольную миграцию бабочек на добрую тысячу километров, но промолчал, замышляя план. Он посчитал, что пока еще рано признаваться в том, что он не просто биолог, специализировавшийся на паразитах, но полжизни отдал единственной бабочке, использующей паразитическую стратегию выживания популяции. Бибазис Инахус.

А ещё посмотрите на эту тему такие публикации:

Оставьте комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *