“Открытый перегон метро” (фантастический рассказ)

На этот раз получилось. Поезд метро остановился, как на заказ, едва выехав из тоннеля после станции Волгоградский проспект в сторону станции Текстильщики. Целый перегон пути под открытым небом.

Иван Сергеевич отчего-то любил открытые участки метро. Это не то, что черные стены тоннеля с кабелями проводов. Это проезд поезда по особому участку, когда метро решило выйти на свет и посмотреть, что там. Поезда снижают скорость и даже останавливаются.

В кладовых Интернета Иван Сергеевич нашел искомое – аварийное открытие дверей в вагонах метро. Он откинул вверх крышку лючка над дверьми и повернул рычажок. Зашипел сжатый воздух пневмосистемы. Двери разошлись в стороны. Иван Сергеевич спрыгнул на землю. Набрав порцию воздуха, двери вновь сомкнулись. Поезд тронулся. Иван Сергеевич взбежал по узкой бетонной лесенке вверх к бетонному забору между мирами открытого перегона метро и запруженного автомобильной пробкой Волгоградского проспекта.

Зачем он это делает, Иван Сергеевич объяснить не мог. Что-то тянуло его сделать это. Какой-то зов. Может, действительно зов прошлого? Оказавшись в некоторых местах, Иван Сергеевич испытывал что-то подобное эффекту “дежавю”. Казалось, что это похоже на обстановку из его жизни в прошлом, но внимание привлекали такие объекты, которых в детстве не было и не могло быть. Стены, сложенные из камня, каменные плиты пола, каменные дорожки, арки, ступеньки, ограды. Иван Сергеевич вырос в деревне, и там в ходу было лишь дерево. Может, и вправду говорят о прошлых жизнях?

Несмотря на необычность затеи, Иван Сергеевич был рационален и основательно подготовился. Зная наверняка, что он будет быстро обнаружен, а вслед за этим будет задержан сотрудниками транспортной полиции, Иван Сергеевич захватил с собой бутылку водки. Как бы это ни показалось странным, но в этом была логика. Обнаружив нарушителя трезвым, полицейские заподозрят диверсанта, террориста или сумасшедшего со всеми вытекающими последствиями. Другое дело – пьяный. В последний момент перед задержанием нужно выпить как можно больше водки. Иван Сергеевич давно не пил и рассчитывал, что быстро опьянеет. В конце концов, полицейские наверняка применят силу, а то и побьют. Пьяному боль терпеть легче.

Иван Сергеевич не знал, что ему нужно сделать. Он считал, что если он пройдет открытый перегон метро от станции к станции, этого будет достаточно для чего-то или он поймет, что ему нужно.

Он успел проделать примерно половину пути, а это немало, как с обоих концов перегона появились люди. Кажется, в бронежилетах, с автоматами и в круглых шлемах на головах. Две группы по пять человек. Спецназ. Точно побьют! У них такая программа действий. Иван Сергеевич остановился и огляделся. Его все равно схватят, но все же… Ведь зачем-то он здесь оказался?

Иван Сергеевич осмотрел забор. Толстые электрические кабели на внутренней стороне, поверху – колючая проволока. Неожиданно для себя Иван Сергеевич посмотрел за забор и увидел темно-синий стеклянный бизнес-центр, в котором он работал, и ехал-то, собственно, на работу. Он знал, что в этом месте как раз его офисное здание. Неожиданность же была в другом. Иван Сергеевич понял, что его появление в открытом перегоне метро как-то связано, и как-то очень сильно, с его работой.

Как следует обдумать это открытие было некогда. Из обоих тоннелей поверху вдоль перегона двигались навстречу друг другу две группы спецназа транспортной полиции, чтобы сомкнуться и захватить нарушителя. Его. Ивана Сергеевича. Понимая, что задержание неизбежно, он продолжил тот же путь. Группа полицейских по ходу его движения замедлила движение – ведь он шел прямо на них. Группа с другого конца перегона тоже не торопилась. Судьба нарушителя предрешена.

Приняв неизбежность, Иван Сергеевич решил пройти как можно дальше по начатому маршруту, освободив голову для размышлений открывшейся связи его странного похода с его работой или местом работы.

Иван Сергеевич изменил своей пенсии и устроился на работу. Деньги были нужны его детям. На работе все складывалось гладко. Сказывался долгий опыт работы. Однако какой-то неясный дискомфорт на работе он все же испытывал, и как ни пытался разобраться в причинах, это не удавалось. Смирившись, Иван Сергеевич отнес неприятные ощущения на свою тоску по свободе, которую признал великой ценностью, лишь оказавшись на пенсии. Как же связаны его желание пройти по открытому перегону метро напротив офиса и его работа в этом офисе?

Размышления пришлось остановить. Близился момент его встречи с полицейскими. Ничего! Определенно, будет время додумать в их машине, если его, задержанного, куда-то повезут, или в камере, если задержат на какое-то время.

Только сейчас он вдруг подумал, что совершенно не предусмотрел нечто важное. Ведь после задержания об этом наверняка сообщат на его работу, и тогда, весьма вероятно, он будет уволен. Входило ли это в его планы? Напрямую – нет! Может, переход по перегону нужен, чтобы уйти с работы? Как-то нелогично, хотя, в этом походе не было логики изначально.

Оставалось несколько минут на свободе. Самое время успеть выпить водки. Впереди по ходу движения вырос маленький каменный выбеленный домик с железной дверью. Под прикрытием этого домика Иван Сергеевич и решил выпить. Чтобы не совсем явно. Он подошел вплотную к белому домику. Железная дверь. В дужках для скобы навесного замка – болт с накрученной гайкой.

Иван Сергеевич смотрел на дверь и открывал бутылку водки. Его  накрыло чувство, что он должен открыть эту дверь и войти в домик. Так он и сделал. За дверью была темнота, и он шагнул в нее. Опоры под ногой он не нашел и повис, стоя на одной ноге и держась рукой за открытую внутрь дверь. От неожиданности он выпустил из другой руки бутылку с водкой. Через пару секунд внизу, на расстоянии он услышал звук разбившейся бутылки.

Глаза успели привыкнуть к темноте. Иван Сергеевич увидел под собой колодец шахты и отвесную металлическую лестницу вниз. Спустился. Вверху над ним, метрах в трех над головой светился дверной проем.

От места, куда спустился Иван Сергеевич, расходились в противоположные стороны два коридора. Судя по всему, один уходит в сторону автомобильного завода, расположенного вдоль перегона, второй – в сторону Волгоградского проспекта. По нему-то и двинулся Иван Сергеевич. Погоня за ним определенно продолжится. Сверху послышались голоса полицейских. Иван Сергеевич прибавил шагу. Он подсвечивал себе фонариком мобильного телефона. Его не оставляло чувство, что он поступил верно, и что он идет в верном направлении.

Вскоре впереди забрезжил тусклый свет. Иван Сергеевич оказался внизу еще одной шахты. Вертикальная металлическая лестница вверх в квадратный кирпичный люк, закрытый решеткой. Иван Сергеевич взобрался по лестнице. Из люка дул уличный прохладный воздух. Вентиляционная шахта. Люк закрыт на ту же пару – болт с гайкой. Иван Сергеевич открутил гайку, вынул из дужек болт и осторожно приподнял над головой решетчатый люк.

Он увидел машины, несущиеся в обе стороны Волгоградского проспекта, пешеходный переход со светофором, а за всем этим, чуть в стороне, левее, вход в офисный центр, где и работал Иван Сергеевич.

Снова его подстегнуло чувство, что он должен оказаться там, в офисе, на работе. Иван Сергеевич откинул люк, оперся руками о кирпичную кладку венца шахты, перевалился через край и оказался на траве. Затем он закрыл люк и поспешил к пешеходному переходу. Как раз загорелся зеленый.

Иван Сергеевич вошел в подъезд офиса, кивнул знакомым девушкам на ресепшн и двинулся к турникетам. Девушки проводилил его взглядами, как незнакомого посетителя. Приложил карточку пропуска к стойке турникета и с размаху наткнулся на перекладину. Турникет не пропустил его. Иван Сергеевич попробовал трижды. Безрезультатно.

К нему уже спешил охранник. Иван Сергеевич сказал ему, что его пропуск неисправен, возможно, размагнитился. Охранник взял пропуск и тоже трижды приложил к стойке турникета. Пропуск не срабатывал. Охранник взял пропуск и куда-то ушел.

Иван Сергеевич решил позвонить своему шефу, чтобы предупредить об опоздании. Благо, теперь появилась уважительная причина. Однако в адресной книге телефона не удалось найти номер шефа. Странно! Телефон тоже сбился с нормальной работы. Иван Сергеевич выключил телефон, чтобы перезагрузить.

Предупредив девушек на ресепшн, что подождет решения вопроса с пропуском в кафе, Иван Сергеевич занял столик и дождался официантки. Это была знакомая девушка, с которой они иногда болтали о том, о сем. Девушка подошла и улыбнулась. Иван Сергеевич ответил улыбкой и поинтересовался, как растет ее дочка. Официантка растерялась, ответила, что у нее нет детей. Иван Сергеевич успокоил себя тем, что ошибся, и это была просто похожая девушка. Азиатки всегда кажутся на одно лицо.

Иван Сергеевич выпил чашку кофе и вернулся на ресепшн. Там его уже поджидал охранник. Он потребовал паспорт и, держа паспорт в руке, стал с кем-то говорить по рации. После переговоров охранник вернул паспорт и огорошил заявлением, что Иван Сергеевич в этом офисе не работает и не работал. Пропуск ему не выдавался и изъят для разбирательства.

Иван Сергеевич открыл было рот, спорить, но охранник потребовал покинуть офис и угрожающе двинулся к нему, выпроваживая за двери. Иван Сергеевич совсем растерялся. Что-то не так! Не так, как всегда! Он вышел из офиса. Остановился и осмотрелся по сторонам. Внешне – все, как обычно.

Из вращающихся стеклянных дверей вышла одна из девушек с ресепшн. Достала тонкую сигарету, прикурила от зажигалки, затянулась и выпустила в осенний воздух струйку дыма. Иван Сергеевич направился к девушке, и та взглядом выразила раздражение. В короткие минуты перекура ей не дают расслабиться и отдохнуть.

Иван Сергеевич поздоровался, поулыбался и прямо спросил, знает ли его девушка, и она отрицательно покрутила головой. Это было странно. Он всегда здоровался с девушками, входя в офис. Время от времени угощал их маленькими шоколадками “Аленка”, которые специально покупал для этого по дороге. Иногда к Ивану Сергеевичу приходили посетители, и девушки оформляли пропуск. Ответ девушки не был наигранным. Похоже, она его не узнает. Не знает. Как это возможно?

В этот момент из крутящихся дверей вышел директор компании, в которой работает Иван Сергеевич. Уж он-то точно знает своего заместителя! Иван Сергеевич отошел от девушки и направился к директору. Тот тоже закурил. Еще только подходя к директору, Иван Сергеевич увидел то, как директор посмотрел на него. Так оглядывают незнакомых людей. Для подтверждения своей необычной догадки Иван Сергеевич подошел к директору и поздоровался с ним. Тот ответил так, словно приветствовал незнакомого человека.

Директор его не знает, а должен знать. Что это значит? Ответ пришел странный. Это не его директор, не его офис. Не его? Не тот! Другой! Какой-то другой! Как это возможно? Мысли Ивана Сергеевича лихорадочно бились в голове друг о друга и смешались в кашу.

Это другой мир! Ивана Сергеевич осенило. Он был любителем фантастики и принял явно бредовую мысль. В конце концов, эта фантастическая гипотеза объясняла, что его не узнают знакомые ему люди, а пропуск не открывает проход через турникет. Он попал в другой мир?

Иван Сергеевич стал отматывать события в обратном порядке. Прежде, чем войти в офисное здание, он прошел подземным ходом от открытого перегона метро, а перед этим открыл дверь вагона и спрыгнул на землю. Зачем он сделал это? Захотелось! Сильно захотелось! Иван Сергеевич не мог объяснить своих мотивов.

Мысли успокоились, затихли. Если он действительно попал в другой мир. Пусть такое возможно! Что теперь делать? Возвращаться? В свой мир? Как? Вернуться прежней дорогой? Есть ли обратная дорога? Мысли снова побежали.

Иван Сергеевич пошел к вентиляционной шахте. Той самой, из которой вылез. Дождался зеленого света на переходе через Волгоградский проспект, перешел на другую сторону, подошел к шахте и… Люк оказался закрытым. Видимо, наряд полиции дошел до сюда. Кто-то из них поднялся по лестнице, обнаружил незапертый люк и запер.

Обратной дороги нет! Иван Сергеевич вспомнил про свой мобильный телефон. Как он мог забыть? Нужно позвонить! Кому-нибудь из знакомых! Жене! Подумал так и остановил свой энтузиазм. Если он попал в другой, в параллельный мир, и потому его никто не узнает, то и родная жена его не узнает!

Решевшись, Иван Сергеевич включил телефон, который был выключил для перезагрузки. История звонков оказалась стертой, и он набрал номер жены по памяти. Ответил мужской голос, и это обрадовало Ивана Сергеевича. Все верно! Если мир другой, то и номера телефонов другие! Это успокоило, хотя и подтверждало, что мир действительно другой.

Как же вернуться обратно? В свой мир, из которого пришел в этот! Ничего другого в голову не пришло, кроме как снова попробовать попасть в пространство открытого перегона метро. Может, дело в нем, а не в подземных шахтах и переходах? Или он ошибается?

Иван Сергеевич пошел на станцию метро Текстильщики. Там он попытается спуститься на рельсы, пробежать по тоннелю, пока нет поездов, и выйдет в открытое пространство. Тоннель там короткий. Метров сто. Далее созрел более-менее подходящий план. Он добежит до домика, спустится в шахту, дойдет под землей до вентиляционного колодца напротив офиса, откроет люк и попробует зайти в офис снова.

А может, нужно вернуться по шахте обратно в открытый перегон и потом на станцию, чтобы вернуться обратной дорогой, попав в вентиляционный колодец снаружи. Иван Сергеевич запутался в планах. Этими мыслями он ломал себе голову, пока шел к станции Текстильщики.

Он снова действовал, движимый каким-то влечением, будто не сам. Иван Сергеевич постоял в конце зала, пропустил несколько поездов, высчитал время и сбежал по железной лесенке в тоннель. Нужно торопиться до следующего поезда. Иван Сергеевич побежал. Довольно быстро для своих лет. Запыхался.

Вот на этой скорости старческого бега он и налетел на преграду. На границе тоннеля и открытого перегона метро. Совершенно прозрачная преграда! Не стекло! Как бы какое-то уплотнение пространства.

Иван Сергеевич упал, отлетев от этой невидимой стены. Поднялся, подошел, потрогал стену. Как каучук, только невидимый. Сначала немного продавливается, но потом твердеет. Потому Иван Сергеевич не разбил лицо и нос, как если бы ударился об обычную стену.

Не зная, что теперь делать, Иван Сергеевич прислонился спиной к стене тоннеля. Сейчас пройдет поезд, и поезд прошел. Было жутко. Иван Сергеевич вспомнил молодость, армию и обкатку танками. Думать нужно о другом! Вот о чем! Почему поезд проходит через невидимую стену? Иван Сергеевич быстро, но прижимаясь к стене тоннеля, пересек место, которое только что не мог пройти. Вот оно что! Невидимая стена отключается на время прохода поезда! Эта значит… Это значит, что стена – дело рук человека! Техника! Техническое устройство!

Иван Сергеевич взбежал по бетонным ступенькам наверх земляного откоса – так его не будут видеть машинисты проходящих поездов, хотя… Наверняка, везде видеокамеры, и …. Точно! Едва Иван Сергеевич добрался до каменного домика, как из тоннеля станции Текстильщики снова показалась группа полицейских в бронежилетах и шлемах. Они не торопились, и Иван Сергеевич понял, почему. Металлическая дверь домика была закрыта на висячий замок. Теперь он не сможет скрыться в шахте.

Иван Сергеевич побежал в сторону тоннеля станции Волгоградский проспект. Он знал, зачем. С того конца навстречу первой опергруппе полицейских выдвинулась вторая, и он должен сдаться именно им.

При приближении к полицейским те окриком велели ему остановиться, поднять руки вверх и лечь животом на землю. Иван Сергеевич выполнил требования подчеркнуто споро, чтобы не разозлить спецназ, раз уж все равно побьют. Полицейские стали приближаться. Весьма умело!

Иван Сергеевич неожиданно для себя выкрикнул, что он из службы. Он сам не знал, какой, но решил придумать по ходу. Полицейские остановились, опустили автоматы, а потом надели их на шеи. Один из полицейских, по-видимому, старший, потребовал предписание. Иван Сергеевич соврал, что оставил его в домике, но произнес “ПД-62” – так было написано на двери домика. На вопрос старшего полицейского, почему он бегает от наряда, Иван Сергеевич снова соврал, что действует по заданию. Дескать, измеряет излучение. Бдительный старший спросил, где приборы. Иван Сергеевич ответил, что в ПД-62. Старший сказал, что нужно разобраться и велел пройти с ними. Иван Сергеевич поднялся с земли, отряхнулся и пошел в сторону тоннеля станции Волгоградский проспект. Ему очень нужно было именно туда.

Полицейские шли рядом, но не конвоировали. Так они дошли до тоннеля. Старший скомандовал остановиться. Все встали. Старший проговорил что-то в рацию, какой-то условный сигнал. Потом подошел к границе открытого пространства и тоннеля и вытянул вперед руку – пробовал, отключилась ли преграда. Старший скомандовал, и все продолжили путь, торопясь, пока не было очередного поезда. Затем все зашли в дверь, за которой оказался коридор. У одной из дверей старший остановился, постучал, заглянул и кивнул Ивану Сергеевичу, знаком показав, чтобы тот зашел.

В кабинете за столом, какие сейчас увидишь только в старых советских фильмах, сидел какой-то начальник в форме, похожей на железнодорожную или метрополитеновскую. На столе перед ним – такие же раритеты. Перекидной календарь, письменный прибор и пресс-папье для промокания чернил. На носу у начальника устроились очки в тяжелой роговой оправе. Линзы были сильно минусовыми, отчего глаза начальника казались маленькими бусинами. Наверное, по этой причине начальник обознался и посчитал Ивана Сергеевича своим знакомым или сослуживцем. Он вышел из-за стола, поздоровался за руку, указал рукой на стул, чтобы Иван Сергеевич сел. Дежурно поинтересовался, как дела дома, как учится сын-студент, не хворает ли жена. От неловкости, что его признали за другого, Иван Сергеевич лишь кивал головой или пожимал плечами.

Начальник разговорился. Наверное, скучно ему здесь в подземелье метро. Иван Сергеевич молча слушал. Начальник пожаловался, что замучили проверки, что купол все время ломается, и тогда приходится выставлять в перегоне охрану. Хуже всего ночью, и бывает, что кто-то пытается перелезть через забор снаружи, но натыкается на купол, значит, жди утечки и разглашения. Пожаловался на сталкеров, которые давно пронюхали о куполе.

Вздохнув, начальник завершил свои сетования на трудность службы странным замечанием, что лет уже лет двадцать, как никто не видел и не слышал о попытках объектов выйти на поверхность. Тесно им в тоннелях, они боятся застрять и погибнуть. Да и не так они опасны, как пугает руководство.

Начальник замолчал, переводя дух. Иван Сергеевич решился и спросил, что там с переходами? После паузы, очевидно взятой для раздумий, начальник ответил. Переходы бывают, и все догадываются, что это из-за купола над открытым перегоном. Каждый купол каким-то неведомым и неизученным образом изменяет пространство и время. Исследования ведутся, и они, понятно, засекречены. Службе велено пресекать всякие попытки воспользоваться эффектом перехода. Случаи, конечно, были.

Иван Сергеевич не удержался и спросил, что стало с теми людьми, которые воспользовались переходом? Начальник потряс головой, как бы давая понять, что все не так буквально. Просто известны случаи непреднамеренного, случайного перехода. В некоторых случаях посещение пространства под куполом приводило к тому, что кто-то из людей пропадал в своей жизни и оказывался в какой-то другой. Так рассказывали редкие вернувшиеся в свою прежнюю жизнь. Говорят, что такое может произойти и с пассажирами  поездом метро, проезжающего своими вагонами через открытый перегон, но это, конечно, лишь байки среди тех, кто в теме.

Иван Сергеевич молчал. Он понял, что произошло. Он действительно оказался в другом мире, где все по-другому. Где его не узнают знакомые люди. Кто знает, что там еще ждало бы его? Одно неясно. Почему его тянуло проделать этот более чем странный путь – выйти из вагона и пройти… Получается, пройти под куполом. Может, для того, чтобы поменять свою жизнь?

Сергей Александрович Русаков.

22 октября 2018 года

Вагон метро.

А ещё посмотрите на эту тему такие публикации:

Оставьте комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *