“Старик и кот” (сказка)

Они собирались вместе и сидели на скамейке в парке каждый полдень. Двое. Старик и кот. Оба жили неподалеку от старого парка. Еще советской закладки. Чугунная ограда, распахнутые навсегда ворота, старые клены, опадающие острыми осенними листьями на асфальтовые аллеи.

Обычно старик приходил первым и садился на скамейку. Сидел и гонял туда-сюда тростью палые листья. В ожидании или в задумчивости. Кот, как всегда, появлялся словно ниоткуда. Появлялся и запрыгивал на сиденье скамейки. Старик поворачивался к коту и улыбался. Кот укладывался и сворачивался клубком. Уже похолодало. Долгое бабье лето сентября сменилось утренними заморозками и стылостью, не проходящей даже в солнечный день. Сегодня было солнечно. Полдень.

–              Ну, как ты?, – спросил, как поздоровался, старик, обращаясь к коту. – Мерзнешь по ночам?

–              В подвале тепло!, – ответил кот и как будто пожал плечами. – А ты? Отопление-то еще не включили?

Старик кивнул, подтверждая. Он мерзнет по ночам в своей однокомнатной квартирке первого этажа. Мерзнет от холода и одиночества. Когда не с кем поговорить. Когда никого нет рядом. Неполнота. Только половина, а вместо другой – пустота.

Старик попытался восполнить одиночество, заговаривая с соседями, прохожими, продавщицами и покупателями магазинов, мамашами, приходящими в парк с маленькими детками, даже с детьми, но кому он нужен? Никто из них не одинок и не испытывает нужды в восполнении недостающего.

Однажды появился он. Кот. Такой же старый и одинокий. Старик не заметил, как кот оказался на скамейке и улегся рядом.

–              Один?, – спросил кот, как если бы спросил, свободно ли.

Старик закрутил головой в поисках хозяина голоса и тут увидел кота. Больше никого рядом не было.

–              Я один!, – с грустью в голосе признался старик, как если бы сам себе, посчитав послышавшийся вопрос своим собственным.

–              Давно один?, – услышал старик новый вопрос тем же голосом, мужским и немолодым, отчего снова закрутил головой по сторонам.

–              Не крутись!, – снова послышался голос, в котором узнавалось шутливое подражание взрослым, делающим замечание детям. – Я рядом. Справа. Я – кот!

Старик повернулся к коту, чуть наклонился и принялся рассматривать. Старик удивился, но отчего-то быстро справился с удивлением.

–              Ты кто?, – спросил об очевидном старик.

–              Как видишь!, – в голосе кота остался шутливый тон. – Говоришь, один? Я тоже один! Не возражаешь, если побуду рядом?

–              Буду только рад!, – старик окончательно принял факт говорящего кота и почувствовал тепло в груди – он давно ни с кем не говорил.

–              Хочешь, поговорим? А можем помолчать, – предложил кот, оставляя выбор за человеком, и человек, конечно, выбрал разговор.

С тех пор они ежедневно встречались и разговаривали. Старик и кот. Старались не затрагивать эту тему, но она неизбежно проступала, как вода через салфетку. Оба были одиноки и страдали от этого. У каждого была своя история.

–              Ты представляешь? Было время, когда я мечтал об одиночестве!, – делился воспоминаниями старик. – Столько людей вокруг! На работе! В метро! На улице! И все от тебя чего-то хотят! Не дают побыть одному ни на минуту! А сейчас…

Кот молчал, вспоминая свою жизнь. Романы с кошками. Драки с котами. Оба были одиноки. У старика не было семьи. У кота не было хозяев. Свобода! Хотели этого, но получив, пожалели об этом. Нужно было жить, как все.

Старик время от времени предлагал коту переехать к нему, но кот отказывался.

–              В нашем возрасте менять привычки может означать, что к новому уже не привыкнуть, а от старого уже не отвыкнуть, – резонно заявлял кот, и старик соглашался.

–              Как думаешь? Сегодня придет?, – спросил кот и беспокойно заерзал. – Я все думаю – ведь вырастет, и все! Не придет!

Оба ждали, когда наступит время, и придет он. Мальчик. Со смешным именем Антошка, и сам смешной. Старик знал, но не смог объяснить коту, для которого все люди были люди. Даун. Дауненок. “Солнечный ребенок”, как называют таких их мамы, навсегда обидевшиеся на судьбу, и тем приглушающие свое несчастье. Антошка же был счастлив.

–              Идет!, – вскочил кот и выгнул спину от нетерпения.

–              Антошка!, – позвал старик, привставая со скамейки с опорой на трость.

–              Дедушка Витя! Дедушка Вася!, – бегущий к ним четырехлетний малыш размахивал ручками и улыбался своей особенной улыбкой.

Антошкина мама посмотрела вслед сыну и вернулась к привычному провождению времени на прогулке. Слушала разговоры других мамочек о своих детях, завидовала им, что их дети нормальны. Курила. Впрочем, курили все мамы.

С тех пор, как в их жизни появился Антошка, в жизнь вернулся смысл. Расхотелось умирать, считая смерть избавлением от одиночества.

–              У меня есть вопросы!, – крикнул Антошка, размашисто и неуклюже обнимая старика и кота.

–              Дедушка Витя! Ты должен знать! Слезы – это хорошо?

–              Почему ты спрашиваешь, малыш?, – настраивался на сложные вопросы ребенка старик.

–              Мама плачет!, – и Антошка стал сбивчиво рассказывать, обнаруживая за волнением важность темы. – Я просыпаюсь утром радостный! Я улыбаюсь маме! Я обнимаю маму! А мама плачет! Разве мама не радуется?

Кот вздохнул и многозначительно посмотрел в глаза старику. Однажды он подошел к мамочкам поближе, чтобы рассмотреть маму Антошки. Она была несчастна. Уж кот-то разбирался в людях! Он много раз был отцом, видел, как заботятся кошки о котятах, вылизывают, переносят, играют! Кормят! Готовы отдать жизнь за котенка! Одним словом, любят! В маме Антошки были страдание и несчастье. Они были сильнее любви и заглушали ее.

В разговорах со стариком кот поднимал эту тему. Переживали оба. Шутка ли? Мальчик растет без любви! В его-то положении! Тогда у них созрел план.

–              Ты должен знать, малыш!, – как можно убедительнее объяснил старик. – Слезы бывают разные. Обычно люди плачут от боли, но иногда люди плачут от радости. От сильной радости! Мама очень сильно рада тебе! Рада, что ты у нее есть! Что ты жив и здоров! Что растешь! Мама радуется, даже когда ты хорошо покушал! Всегда кушай хорошо и радуй маму!

Антошка, и без того всегда беспричинно веселый, повеселел еще больше.

–              Значит, мама рада мне?, – кажется, мальчик успокоился, но…, – Значит, мама не разговаривает со мной не потому, что не рада мне?

Старик и кот снова многозначительно переглянулись. Это уже никуда не годится! Нужно действовать!

–              Ну что ты, малыш!, – голос старика дрожал от сдерживаемого возмущения, – Мама просто устает! А еще… Вполне возможно, что мама молчит, чтобы ты научился говорить.

Случай Антошки – особый. Даунят можно научить говорить. У них есть интеллект. Однако особенность “солнечных детей” в том, что их обучение требует и умения, и терпения. Не молчать, а наоборот, нужно говорить с мальчиком как можно больше.

–               Я должен научиться говорить?, – недоумение Антошки было красноречивым, и старик поспешил объяснить непонятное ребенку.

–              Ты должен научиться говорить, как мама, как другие мальчики и девочки, как все люди, – старик подбирал слова. – Со мной и с дедушкой Васей можно говорить по-другому, но люди…

–              Антошка!, – перебил старика кот. – Дедушка Витя хочет сказать, что ты уже умеешь говорить, но тебе нужно научиться делать это звуками, а не мыслями. Вот слушай!

И кот громко мяукнул. Старик засмеялся. Засмеялся вечно смеющийся Антошка. Засмеялся и кот.

–              Я буду стараться и научусь говорить!, – решительно объявил мальчик.

Старик погладил Антошку по голове. Малыш погладил кота, уже зная, что это жест одобрения и поддержки. Только Антошке кот разрешал делать это.

–              Дедушка Витя! Дедушка Вася! Что нужно сделать, чтобы мальчики и девочки разговаривали со мной?, – новый вопрос особенного ребенка вызвал новую волну огорчения.

В глазах старика заблестели слезы. Положение снова спас кот. Он видел этих детей, когда ходил посмотреть на маму Антошки.

–              Видишь ли, Антошка! Дети не разговаривают не с тобой, а вообще не разговаривают! Они заняты! Они играют в какие-то игры в телефонах своих мам. – кот был достаточно продвинут, чтобы разбираться в современном мире.

Антошка заулыбался. Он понял. Мальчики и девочки обычно сидели на скамейках и смотрели в телефоны. Антошка звал их бегать, догонять друг друга, поиграть со знакомым котом, послушать сказки знакомого дедушки, но его будто не слышали и продолжали водить пальчиками по стеклу телефона. Антошка в этом ничего не понимал. В телефонах он видел какие-то цветные пятна, а звуки из телефона шли такие, что Антошка зажимал ушки ладошками.

–              Когда-нибудь я подарю тебе телефон и научу с ним обращаться!, – старик пообещал это твердо, хотя не был уверен в себе, особенно, если придется реализовывать их план.

Старик и кот решили вернуть маме Антошки любовь к сыну. Для этого нужно… Похитить ребенка! План – железный! Похоже, день настал.

Старик и кот переглянулись. Они знали, на что шли.

–              Послушай, Антошка!, – начал спецоперацию старик. – А давай сходим ко мне в гости! Побудем немного, попьем чаю с конфетами!

Глаза Антошки, особенные, чуть навыкате, глаза “солнечного ребенка” засветились радостью. В гости! Путешествие по городу!

–              Да! Конечно! Я очень рад! Хочу в гости!, – Антошка запрыгал и захлопал в ладошки, но все же не забыл главного. – А мама? А как же мама?

–              Дедушка Вася попросит твою маму отпустить тебя с нами! Ненадолго!, – старик кивнул коту.

Обоим было крайне неприятно врать ребенку, тем более, такому искреннему, но план есть план. Кот спрыгнул со скамейки и заковылял к женщинам, где потерся о ногу мамы Антошки, был брезгливо отброшен прочь и вернулся обратно.

–              Ну, вот! Мама разрешила тебе сходить к нам в гости!, – стараясь не моргнуть, соврал кот.

Старик поднялся со скамейки, взял за руку Антошку, и все трое пошли к выходу из парка. По дороге они зашли в магазин за чаем, конфетами, молоком и кашей быстрого приготовления. Вернее, старик один зашел в магазин, где его знали и жалели. Кот и Антошка благоразумно остались на улице у входа.

Старик набрал в корзину все необходимое, выгрузил на ленту у кассы и протянул продавщице банковскую карточку. Он всегда набирал товаров меньше, чем на тысячу рублей, иначе бы пришлось вспоминать пин-код.

В квартире на первом этаже, куда пришли хозяин и гости, закипела суета. Старик согрел чайник, заварил чай, накрыл на стол, и все уселись пить чай с конфетами. Антошка был вне себя от счастья.

После чаепития старик читал книжку со сказками. Все говорили, не умолкая и не уставая при этом. Потом старик сварил кашу, покормил Антошку и уложил его на послеобеденный тихий час на диване.

Уже на излете дневного сна малыша в дверь забарабанили, чем разбудили его, и он заплакал. Услышав плач ребенка, дверь стали выламывать и выломали – она была ветхой.

Ворвавшийся внутрь наряд полиции увидел захламленную квартиру, в центре единственной комнаты которой стоял старик, прижимал к себе плачущего мальчика, дауна, а возле ног старика сидел ободранный старый кот.

Продавщица магазина все же увидела старика с ребенком за руку. Когда ее расспросили сотрудники полиции, она вспомнила. К ним в магазин ежедневно заходил этот выживший из ума старик.

На вопросы полицейских старик не отвечал. Он уже несколько лет не говорил, выжив из ума, он только мычал, и не было разума в его глазах.

Вызвали врачей, и те осмотрели мальчика. Он был цел и здоров и тоже мычал, поскольку не умел говорить. В дополнение к этой какофонии мяукал кот, и его пинками выгнали из квартиры.

Расталкивая полицейских и врачей, ворвалась мама ребенка, схватила его, прижала к себе и стояла, покачиваясь и плача. Антошка обрадовался появлению мамы и засмеялся.

Врач заодно поставил диагноз старику. Старческое слабоумие. Полицейские вызвали социальную службу и после коротких переговоров было решено отправить старика в дом престарелых в виду невозможности оставить его одного без присмотра и его некоторой социальной опасности. Ведь он похитил ребенка. Квартиру опечатали, а потом и продали.

Через два месяца одиночества в доме престарелых, лежа в кровати,  старик однажды почувствовал на своем лице подушку, прижатую сильными руками опытной санитарки, и, как мог, улыбнулся перед смертью.

То, что сделали старик и кот для солнечного ребенка Антошки, сделало последние дни старика счастливыми, и он умер с легким сердцем.

Кот искал старика, но не нашел и вернулся в свой подвал. Там он однажды подобрал и съел что-то очень вкусное и вскоре умер, отравившись ядом приманки для крыс.

Несмотря на суровый финал их со стариком спецоперации, кот был доволен. Он был тогда возле подъезда и видел маму Антошки. Она изменилась. В ее глазах светилась любовь кошки к котятам.

Превозмогая боль от яда, кот забрался в неприступный угол под трубами и встретил смерть счастливым.

Через год после своего похищения Антошка заговорил. Мама теперь не отпускала его от себя. Тем более, Антошка завал какого-то дедушку Витю, и это, наверное, был тот жуткий полоумный старик, но Антошка звал еще и какого-то дедушку Васю, и если есть еще один старик, то это опасность.

Антошка вспоминал их всю свою жизнь. У особенных людей особенная память. Антошка был счастлив. Мама больше не плакала и много разговаривала с ним.

Скамейка в старом парке с тех пор пустовала, пока парк не расчистили под строительство торгового центра. Какой-то шутник сохранил и отреставрировал ту самую скамейку, чтобы установить у выстроенного здания, как старинный раритет. Кто-то вспомнил старую историю, и на скамейке появились бронзовый старик с тростью и бронзовый кот.

Так они стали городской легендой и городской достопримечательностью. И тому, и другому зачем-то до сияющего блеска натирают носы…

Сергей Александрович Русаков.

1 октября 2018 года.

Борт самолета “Хабаровск – Москва”.

А ещё посмотрите на эту тему такие публикации:

Оставьте комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *