Инженер Новогодней Магии. Глава 14-я…

(научно-фантастический роман-сказка)

Глава 14-я, в которой наблюдение за растущимии приводит к идее о любви, уводящей прочь от протестной активности

   До некоторого времени человек не догадывается о себе, не знает еще своей тайны, не ведает, кто он такой, и почему он образ и подобие божие. Однако время приходит, но измеряется оно вовсе не годами жизни, а уровнем развития того, что отличает человека от от его меньших братьев. 

   Личность, справившись со всеми телесными и общественными ограничениями, вдруг прозревает. И вот, подобно младенцу, открывающему мир вокруг себя, созревшей для самоосознания личности хочется это свое открытие испытать, проверить, попробовать «на зуб». Начинается пора испытаний личности на свое всемогущество и сбора доказательств, подтверждающих особенное устройство человека, во главе которого, но не в голове буквально, находится и управляет всем, чем получится, личность. 

   Как это ни покажется странным, но доказывать приходится свою, личности, власть над инстинктами и рефлексами, с которыми она и так уже справилась. Все, что раньше управляло человеком, все эти генные программы теперь подлежат отключению, как это ни опасно для жизни. Самые жесткие испытания приходятся на базовые физиологические начала, из которых самым популярным доказательством является пост – волевое воздержание от еды. 

   Многие сведущие помнят, что и великий Абрахам Гарольд Маслоу начинал свои великие исследования человека с опытов над голодными студентами. Вот только теперь «растущие», как их окрестил ученый, терпят голод усилием собственной воли, а она, как известно, и есть сила личности и ее, личности, проявление. 

   Поговаривают, что можно жить без еды до сорока дней. Современные поборники здорового образа жизни, вроде одиозных телевизионных целителей отварами лопуха, заблуждаются, считая, что польза голодания исходит с физиологического уровня – типа, выводятся шлаки. Вовсе нет! С каждым днем терпения голода личность укрепляется в своей силе, и через сорок дней сила личности может вырасти до очень и очень высокого уровня, когда от взгляда зажигаются спички или взглядом удается раскрутить, как волчок, стрелку компаса. 

Раскрученной голоданием силы личности хватает потом надолго, и организм чувствует себя здоровым, свежим и помолодевшим. Это подобно тому, как при хорошем правителе всем живется хорошо, а при плохом люди мрут, как мухи. 

   Голодание – не единственная забава, популярная у растущих. Управление телом – еще одна. В этом смысле стоит раскрыть секрет йоги, из которой давно сделали убогий фитнес. Патнджали – автор большинства статических поз, называемых асанами, верно, расстроился бы. А секрет-то прост. Позы эти крайне неудобны и неестественны. Пребывание в такой асане обязательно потребует внимания к телу и ручного управления им. Таким образом, йоговские асаны тренируют вовсе не тело, а личность. Это только фитнес-чайники выдумывают разные глупости, что стойка на голове помогает простате. Ей помогает другая практика.

   Кроме асан у йогов есть упражнения с дыханием, когда нужно в режиме ручного управления дышать под стук своего сердца, отсчитывая четыре удара на вдох, на выдох и на паузу между ними. Считается, что такие упражнения – пранаяма – заряжают энергией. Нет, конечно. Просто личность становится сильнее, а под хорошим управлением и работа организма улучшается, что воспринимается, как повышение жизненного тонуса. 

   Вот почему все эти йоги, тайдзыцюани, ушу и прочие практики так любят растущие – это дает им повод победить тело, доказать свою власть над ним, а заодно и усилить силу личности. 

   Следующее поле боя растущих – базовый инстинкт, инстинкт самосохранения. Он настолько силен, что победа над ним дорого ценится и много значит. Но есть простые способы справиться с инстинктом самосохранения – действия, связанные с риском для жизни: воевать, прыгать с парашютом, лазить по горам, погружаться в море с аквалангом и далее длинный перечень экстремальных видов спорта, которые люди придумывают исключительно для того, чтобы пощекотать себе нервы и пренебречь инстинктом самосохранения. 

    Дилетанты говорят, что опасность манит к себе адреналинам. Это не так. Адреналины лишь подтверждают наличие опасности. Подсаживаются экстремалы на эндорфины – самодельные наркотики, производимые в организме в качестве поощрения за победу. Победа личности над страхом – тоже победа, и она вознаграждается дозой наркотика. Возникает обычная наркотическая зависимость, и это плохо, потому что любая зависимость – это несвобода. Можно запросто зависнуть, завязнуть, застрять в экстремальных видах спорта, и это остановит рост растущих. 

   А вот следующее поле боя, по-особенному деликатно, и речь идет  о репродуктивных генных программах, действия согласно которым вполне укладываются в некоторой своей части в привычный термин «секс».

    Растущим нужны доказательства, что и с этой генной программой они справляются. В лучшем случае это будет обет безбрачия, практикуемый у монахов. В сложном случае это выльется в эксперименты с комбинациями полов, а поскольку это еще и  осуждается религиями, обществом и традицей, половые экспериментаторы убивают одним выстрелом двух зайцев. Второй заяц – общественные нормы, протесты против которых растущим особенно приятны. 

   Пренебрежение правилами становится еще одним полем боя. Правила нарушаются намеренно, чтобы быть нарушенными. Растущие бросают вызов обществу, справляясь с генными программами, сгоняющими особи в стада и стаи, заставляющие терпеть ограничения и действовать против собственной воли. 

   Особенно сладок вкус протеста большим и сильным системам, например, государству. Протесты против власти давно стали повсеместной практикой растущих, выращивая профессиональных революционеров и участников протестных движений. Личность протестанта становится сильнее, но и в этой практике, как и в практиках гомосексуальности или экстремального спорта, часто зависают слишком надолго, и тогда рост растущих может замедлиться или даже остановиться. Им так и не стать самоактуализированными, поскольку любая зависимость перечеркивает факт самоактуализации. 

   Им бы недорощенным посмотреть для отрезвления на образцы махатм и ботхисатв, святых и подвижников, чтобы увидеть, что им не свойственна ни одна из практик молодости роста. Как-то Патанджали сказал: «Ты если уже вырос, бросай все эти хатха-йоги и пранаямы. Тебе это больше ни к чему. Твое здоровье в руках атмана (так он называл личность). Верши великие дела!». А еще есть притча об Иисусе Христе. Один монах спросил с подковыркой старца: «А вот как же так – от нас требуется поститься и терпеть вожделение. А Иисус и вино пил, и мясо ел, а, может и…». На это старец ответил: «Так то Христос!». 

   Самоактуализированные – это не те, кто совершенствуют себя. Это те, кто совершенствуют мир. По этому признаку их и следует отличать от растущих, не выросших еще из штанишек детства личности, и потому болезненно рефлексирующих о себе. Не все растущие вырастают, и если стадия протеста не перейдет в стадию героя, бедняги так и останутся участниками протестных маршей или гей-парадов. Вот почему нужно бдительно следить за растущими – чтобы не прозевать момент, когда растущий встает на тропу героя. С этого момента он становится еще более опасным, и опасность его и в новом уровне силы, и в новых задачах, решаемых на этой стадии роста. Завоевание мира. 

   Степан Андреевич стоял за спиной Христофора и читал его переписку в чате. Это покажется безнравственным, как и всякое подсматривание и подслушивание, но цель в этом случае оправдывала средства. Христофор – сотрудник айти-отдела Московской фабрики елочных игрушек – был растущим. В момент наблюдения за ним Христофор переписывался с кем-то, вернее, участвовал в каком-то форуме, и вопросы, обсуждаемые на нем, были весьма острыми.

Какая-то очередная «бархатная революция» в какой-то стране привлекала внимание растущих, как уличный фонарь манит к себе глупых мотыльков-однодневок. Сообщения Христофора мало чем отличались от таких же – негодование, осужение властей, сквернословие, то есть, оппозиция. До тех пор, пока Христофор не проведет параллелей со своим близким окружением, пока не увидит в руководстве фабрики таких же сатрапов и гонителей свободы, он не опасен. 

   Нимб Христофора был ярко желтым и очень интенсивным в своем свечении. «Хорош!», – подумал о нем Степан Андреевич, – «Может стать одним из нас…». Иногда Христофор поеживался и оборачивался, но не видел наблюдателя – смотрел сквозь него. «Надо бы отвлечь парня от опасного увлечения революциями», – задумался Степан Андреевич. «Может любовь?», – и эта мысль понравилась ему. «Эльвира? Почему нет? Парень-то, поди, девственник…». 

   Новый год подступал все ближе. 

А ещё посмотрите на эту тему такие публикации:

Оставьте комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *